О чем пишут (mak_50) wrote,
О чем пишут
mak_50

Category:

Мишустин доведет Россию до продуктовых карточек

https://svpressa.ru/economy/article/286210/

Почему попытки регулирования цен на продукты обречены на провал

Премьер Михаил Мишустин дал кабмину право вводить в России предельные цены на продукты первой необходимости — при росте цен на 10% в течение 60 дней. Предельные цены будут устанавливаться на срок не более 90 дней. Соответствующее постановление опубликовано 30 декабря на сайте правовой информации.

Напомним: 9 декабря Владимир Путин раскритиковал правительство за рост цен на основные продукты. Он подчеркнул, что цены на сахар, например, растут несколько месяцев подряд и прибавили больше 71%. Премьер в свою очередь заявил, что профильные министерства и ведомства «пустили на самотек» ситуацию с ростом цен на важную продукцию.

После этого Мишустин подписал постановления о поддержке «на нормальном уровне» цен на сахар и масло, тарифной квоты в размере 17,5 млн. тонн на экспорт пшеницы, ржи, ячменя и кукурузы, а также поддержке мукомолов — компенсации им до 50% разницы между текущей ценой на продовольственную пшеницу и ее среднемесячной ценой за аналогичные периоды трех предыдущих лет.

И вот теперь правительство делает еще шаг в сторону регулирования продуктовой розницы. Оснований для этого, на первый взгляд, немало.

Производители жалуются на ритейл, который распоясался в пандемию. Ассоциация садоводов России предложила Минсельхозу ввести минимальную наценку на продукцию и забронировать за местными производителям до 10% мест на полках. В ассоциации «Теплицы России», помимо ограничений наценки на овощи в рознице, которая якобы по ряду позиций доходит до 300%, выступали за переход на долгосрочные контракты. Во Всероссийской ассоциации рыбопромышленников утверждали, что для горбуши, кеты, нерки, красной икры объем торговой наценки сопоставим с отпускной стоимостью.

Кабмин, после нагоняя от Путина, решил действовать по рецепту Шарикова из «Собачьего сердца»: взять и отрегулировать. Проблема в одном. На практике такое регулирование может привести к товарному дефициту — к исчезновению с полок социально-значимых продуктов, которые производители предпочтут придержать до лучших времен.


Фото: Владимир Гердо/ТАСС

— Товарный дефицит — крайнее проявление регулирования, и в ближайшее время он не возникнет, — считает завкафедрой финансового менеджмента РЭУ им. Г. В. Плеханова Константин Ордов. — К тому же в России традиционно жестокость законов натыкается на необязательность их исполнения.

Да, ритейлу — сетям, различным компаниям — запретили повышать цены в течение 60 дней. Но они могут, скажем, 50 дней повысить цены на 20−30%. А в оставшиеся 10 дней снизить их и ограничить объемы продаж. В итоге получится, что в среднем лимит 10% не превышен.

Пока останутся такие лазейки — а они останутся — продавцы будут играть в эту математику. И подорожание все равно бременем ляжет на наши с вами кошельки.

Замечу: правительство идет на регулирование цен ради социальной поддержки малообеспеченных граждан. Но крупные торговые сети и раньше не особо стремились нажиться на простых продуктах — из соображений деловой репутации. А сейчас одна из сетей и вовсе заявила, что устанавливает нулевую надбавку на товары из правительственного списка. Стало быть, к ней претензий за рост цен быть не может.

На деле, у любого товара в России довольно длинная цепочка формирования стоимости. И если конечный продавец ничего не получает — кого правительство будет обязывать снижать наценку?

«СП»: — Почему в постановлении кабмина об этом ни слова?

— Чиновники у нас любят, что называется, бить по хвостам. И торговые сети не будут сидеть, сложа руки, в ожидании порки. «Проблемные» товары могут сменить название, маркировку, вес, количество. Мы же помним 9 яиц вместо 10 в упаковке — как вы будете тогда сравнивать цены? Высчитывать стоимость одного яйца?

Ухищрений у торговцев предостаточно. Но если перегнуть палку, и поставить сети в условия, что торговать придется себе в убыток — вот тогда действительно возникнет дефицит социальных продуктов.

Но, повторюсь, в реальности пугает не дефицит. Пугает, что в нашем бизнесе регулирование всегда приводит к обходу этого регулирования. Обход усложняет жизнь торговцам, они вынуждены идти на ухищрения, что формирует дополнительные издержки. В итоге для конечного потребителя стоимость товара увеличивается, либо снижается качество услуг.

«СП»: — Предельные цены разрешено устанавливать на 90 дней. Это правильное решение?

— Я понимаю, когда временные ограничения вводятся на фондовом рынке. Там очень многое строится на психологии игроков: может возникнуть паника, дестабилизация финансовой системы.

Но я плохо понимаю, что может случиться на рынке товаров первой необходимости. Здесь нет факторов, которые могут сначала привести к резкому росту цен, а потом к их резкому падению. Что может качественно измениться на этом рынке за 90 дней моратория? А после 90 дней — что, цены снова можно повышать?

Боюсь, правительство создает то, что в экономике называется самосбывающимся прогнозом. Кабмин, волей или неволей, нацеливает производителей на то, что инфляция чуть ниже 10% в течение двух месяцев — это нормально.

В условиях экономического кризиса это становится проблемой. Кабмин может не справиться с ростом цен на продукты — ровно потому, что сам формирует психологию роста цен. Вместо того, чтобы создавать конкурентную среду, и обеспечивать рост объемов предложения.

«СП»: — Что делать в такой ситуации?

— Если мы действительно заботимся о малоимущих — ведь речь идет о товарах первой необходимости, дешевых и зачастую не очень качественных — давайте вернемся к продуктовым карточкам. Если правительство не может контролировать цены, давайте не заниматься ерундой с предписаниями и контролем, с риском создать дефицит. Давайте обеспечим нуждающихся продуктовыми карточками или продуктовыми наборами — и будем твердо знать, что жизни этих людей ничего не угрожает.

— Цена — это денежное выражение стоимости, — напоминает председатель Русского экономического общества им. С.Ф. Шарапова, профессор кафедры международных финансов МГИМО (У) Валентин Катасонов. — Чтобы цена не повышалась, или даже понижалась, необходимо иметь экономический механизм, который не стимулирует повышение издержек. У нас такого механизма просто нет.

Напомню, после войны в СССР была так называемая сталинская модель экономики. И в ее рамках в 1947 году проведена денежная реформа — а вместе с ней первое понижение розничных цен на многие потребительские товары. И это не было единичной пиар-акцией. Снижение розничных цен проводилось каждый год — последний раз в 1953 году, уже после смерти Сталина, который утвердил шестое снижение розничных цен.

Но дело в том, что сталинское снижение розничных цен обуславливалось снижение оптовых цен. А снижение оптовых — снижение издержек производства и себестоимости.

В современной России ничего этого нет. И для снижения розничных цен нам нужно перестраивать экономику. Если правительство действительно заинтересовано в сохранении и укреплении России, оно должно признать: нынешняя колониальная модель никуда не годится. Она предназначена не для того, чтобы удовлетворять потребности граждан, а чтобы грабить страну, и вывозить награбленное в офшоры.

Да, розничные сети можно принудить снизить цены на жизненно-необходимые товары. Но мне уже докладывали, что это снижение у них компенсируется повышением цен на другие товары. В итоге будет показуха: ряд товаров, включая сахар и подсолнечное мало, подешевеют. Но отыграются на других товарах — на той же соли: она ведь не попала в список жизненно-необходимых.

Subscribe

Buy for 10 tokens
Buy promo for minimal price.
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 6 comments